Молитва об оуэне мини читать

Подробное описание: Молитва об оуэне мини читать - с детальным описанием, специально для Вас!

Джон Ирвинг – Молитва об Оуэне Мини

Джон Ирвинг – Молитва об Оуэне Мини краткое содержание

Молитва об Оуэне Мини читать онлайн бесплатно

Это помогало, по крайней мере до тех пор, пока она не погибла — и уже ничего ни пообещать, ни исправить не могла, — загладить подобное огорчение даже она оказалась не в силах.

И после того как она, не обращая ни на кого внимания и ни перед кем не оправдываясь, выносила и родила меня и назвала в честь отца-основателя Грейвсенда, и после того, как она заставила смириться с этим своих мать и сестру, а также весь город (не говоря уже о конгрегационалистской церкви, где она продолжала петь в хоре и нередко участвовала в разных торжествах, которые устраивались для прихожан), и даже после того, как она с достоинством вышла из щекотливой ситуации, связанной с моим незаконным рождением (ко всеобщему удовлетворению — или, во всяком случае, так казалось), — после всего этого она по-прежнему продолжала каждую среду ездить на поезде в Бостон и по-прежнему оставалась ночевать в этом жутком городе, чтобы рано утром свежей и бодрой являться на свои уроки пения.

Когда я немного подрос, то стал на это обижаться — по крайней мере, иногда. За все время она лишь пару раз отменила свои занятия и осталась со мной — один раз, когда я болел свинкой, а в другой раз — ветрянкой. И еще, когда мы с Оуэном ловили рыбу в канале, что проложен под Суэйзи-Парквей для отвода воды из Скуамскотта во время приливов, и я поскользнулся и сломал себе запястье — в ту неделю мама тоже не села в бостонский поезд. А так она ездила в Бостон каждую неделю и оставалась там на ночь, пока мне не исполнилось десять лет и она не вышла замуж за человека, который меня официально усыновил и стал вместо отца. До тех самых пор она продолжала петь. Стал ли ее голос лучше — никто мне потом толком сказать не мог.

Так вот, я родился в доме бабушки — громадном кирпичном здании, выстроенном в федеральном стиле. Во времена моего детства дом отапливался углем. Подвал, куда по желобу ссыпали уголь, находился как раз под флигелем, где была моя спальня. Уголь привозили очень рано утром, и от грохота, с которым он скатывался вниз, я всегда просыпался. В те редкие дни, когда доставка угля приходилась на четверг (когда мама была в Бостоне), я просыпался от этого грохота и представлял, что как раз в эту секунду мама начинает петь. Летом, когда окна стояли открытыми, я просыпался от пения птиц в бабушкином розовом саду. Кстати, с этим садом связано еще одно предубеждение моей бабушки, родственное ее представлениям о камнях и деревьях: выращивать просто цветы или просто овощи может кто угодно, но настоящий садовод выращивает розы. Бабушка была настоящим садоводом.

Другим кирпичным зданием, сравнимым по размеру с бабушкиным домом на Центральной улице, была грейвсендская гостиница. Естественно, приезжие часто принимали за гостиницу бабушкин дом, после того как им где-нибудь в центре объясняли дорогу: «Как пройдете Академию, ищите большой кирпичный дом по левой стороне».

Бабушку все это раздражало — ей вовсе не льстило, что ее дом принимают за гостиницу. «Это не гостиница, — бывало, объявляла она очередному сбитому с толку путешественнику, который явно рассчитывал, что ему навстречу выйдет кто-нибудь помоложе и поможет поднести вещи. — Это мой дом, — поясняла бабушка. — Гостиница там дальше», — говорила она, махнув рукой в неопределенном направлении. «Там дальше» — это еще довольно точное указание по сравнению с другими, принятыми у нас в Нью-Хэмпшире. В наших краях не очень-то любят показывать дорогу — мы склонны считать, что если вы не знаете, куда идти, то вам вообще здесь делать нечего. В Канаде дорогу показывают гораздо охотнее — куда угодно, любому, кто спрашивает.

Еще в нашем доме на Центральной имелся потайной ход: за книжным шкафом, который на самом деле служи дверью, находилась лестница, спускавшаяся в подвал с земляным полом, причем подвал этот никак не сообщался с другим подвалом — с тем, где стояла угольная топка. Да, вот именно так: книжный шкаф, а на самом деле дверь, и за ней — никуда не ведущий подземный ход — это был просто тайник, чтобы прятаться. Я никак не мог понять: от чего прятаться? При мысли о том, что в нашем доме существует потайной ход в никуда, мне становилось как-то не по себе; более того, я все время пытался представить то ужасное, от чего нужно прятаться, — а от таких мыслей станет не по себе кому угодно.

Как-то раз я повел туда Оуэна Мини и бросил его там в темноте, от чего он до смерти перепугался. Я, конечно, проделывал эту штуку со всеми своими друзьями, но пугать Оуэна Мини было стократ интереснее из-за его пронзительного, жутковатого голоса. Я. пытаюсь подражать голосу Оуэна Мини вот уже четвертый десяток лет; раньше мне и в голову не приходило, что когда-нибудь сумею написать об Оуэне, да и передать на бумаге звуки его голоса невозможно. Я даже не думал, что когда-нибудь смогу хоть рассказать об Оуэне; а уж при мысли о том, чтобы на людях подражать его голосу, мне становилось неловко. На то, чтобы набраться смелости и попытаться воспроизвести голос Оуэна перед чужими людьми, у меня ушло больше тридцати лет.

Тот крик Оуэна Мини, когда он потребовал прекратить издеваться над ним, так подействовал на мою бабушку, что, как только Оуэн ушел домой, она позвала меня и сказала:

— Мне неинтересно, что ты там такое проделывал с этим несчастным ребенком, что заставило его так орать; но если ты когда-нибудь снова будешь это делать, прошу тебя, зажми ему рот ладонью. Ты когда-нибудь видел мышь в мышеловке? — неожиданно спросила она. — Ну, когда у нее перебит хребет? То есть совершенно мертвую мышь, понимаешь? Так вот, я думаю, если бы эта мышь услышала эти вопли, она бы ожила!

Читайте так же:  Молитвы от сплетен и клеветы

И теперь мне кажется, что голос Оуэна и вправду был похож на тысячекратно усиленные голоса всех когда-то убитых мышей, снова вернувшихся к жизни.

Так что и бабушке ничто человеческое не было чуждо. И если она надевала вечерние платья, когда возилась с розами в саду, это означало всего лишь, что в этих платьях она больше не собирается выходить в свет. Просто она не хотела, чтобы ее видели одетой кое-как даже в саду. А если очередное платье становилось слишком грязным, она выбрасывала его. Когда мама предложила сдавать эти платья в стирку, бабушка вспыхнула: «Еще чего! Чтобы там все голову ломали, чем я таким занималась в этом платье, что так его перепачкала?»

От бабушки я усвоил, что логика — вещь относительная.

Впрочем, ведь я же рассказываю об Оуэне Мини и о том, как я упражнялся в подражании его голосу. Этот мультяшный какой-то голосок повлиял на меня даже больше, чем властная мудрость моей бабушки.

Под конец жизни бабушку стала подводить память. Как у многих старых людей, у нее гораздо прочнее держались в голове истории времен собственного детства, чем недавние эпизоды из жизни детей, внуков и правнуков. Чем ближе были события к настоящему моменту, тем труднее ей было сохранять их в памяти. «Я помню тебя маленьким мальчиком, — говорила она мне еще не так давно, — но когда я сейчас смотрю на тебя, то не знаю, кто ты такой». Я ответил ей тогда, что порой и сам этого не знаю. И вот в одном из подобных разговоров я спросил, помнит ли она маленького Оуэна Мини.

— Того деятеля? — переспросила она. — Из профсоюза?

— Нет, Оуэна Мини, — сказал я.

— Нет, — ответила она. — Определенно не помню.

— Из семьи, что занималась гранитным бизнесом, — напомнил я ей. — Гранитный карьер Мини. Помнишь?

Джон Ирвинг – Молитва об Оуэне Мини

Джон Ирвинг – Молитва об Оуэне Мини краткое содержание

Молитва об Оуэне Мини читать онлайн бесплатно

Зато гранита в Гранитном штате всегда будет хватать, и семья маленького Оуэна Мини занималась добычей гранита. Вообще в нашей не слишком обширной приморской части Нью-Хэмпшира это дело никогда не считалось перспективным, но их гранитный карьер располагался как раз над таким местом, которое геологи называют «эксетерским плутоном». Оуэн Мини говаривал, что мы тут в Грейвсенде буквально сидим на «голове интрузивного магматического пласта»; он произносил это с каким-то затаенным благоговением — так, будто в глазах всякого грейвсендца этот самый магматический пласт по ценности не уступал золотоносной жиле.

Моя бабушка — возможно, в силу своего «мэйфлауэровского» происхождения — к дереву относилась с большим почтением, чем к камню. Из каких-то неведомых мне соображений Харриет Уилрайт считала торговлю лесом «чистым» занятием, а гранитное дело — «грязным». Мне было все равно, потому что дед мой держал обувное предприятие; но он умер еще до того, как я родился, и его известное решение не допускать у себя никаких профсоюзов — то единственное, что я о нем слышал. Бабушка довольно удачно продала фабрику, и я впитал ее убеждения, что губить деревья, зарабатывая на жизнь, — это благородно, а иметь дело с камнем — низко. Магнатов лесного дела — таких, как мой дядя Алфред Истмен — знают многие, но кто хоть когда-нибудь слыхивал о гранитных магнатах?

Гранитный карьер Мини в Грейвсенде сейчас стоит без дела. Изрытая земля с глубокими и опасными водоемами — все это сегодня не имеет никакой ценности даже как недвижимость, и никогда не имело, если верить моей маме. Она говорила, что карьер стоит без дела еще со времени ее детства и что все судорожные попытки Мини возродить его обречены на провал. По словам мамы, весь пригодный для обработки гранит добыли задолго до того, как Мини переехали в Грейвсенд. (Насчет того, когда Мини переехали в Грейвсенд, мне всегда говорили, что это произошло «примерно в то время, когда ты родился».) К тому же лишь малую часть того гранита, что лежит под землей, стоит добывать; остальной — или с дефектами, или лежит так глубоко, что его невозможно извлечь, не раскрошив.

Оуэн мог без конца толковать о таких вещах, как угловые камни и надгробные памятники; все, что нужно для ПРИЛИЧНОГО памятника, пояснял он, — это достаточно большой, гладкий и ровно отрезанный кусок гранита без внутренних дефектов. Тонкости, в которые пускался Оуэн, — и его собственное тонкое и хрупкое сложение — странно контрастировали с грубой тяжестью огромных гранитных глыб, которые на наших глазах грузили на автоплатформы, с диким грохотом карьера, пронзительным визгом, с которым вгрызались в породу резцы врубовой машины — наконечник этой машины Оуэн называл БАРОМ, — и взрывами динамита.

Я, помню, тогда все поражался, как Оуэн умудрился не оглохнуть. В самом деле, что-то произошло с его голосом и ростом, но слух, на удивление, совершенно не пострадал — несмотря на всю ударную мощь гранитного бизнеса.

Именно Оуэн познакомил меня с «Историей Грейвсенда» Уолла, хотя полностью эту книгу я прочел, только когда учился в выпускном классе Грейвсендской академии [1], где этот труд входит в обязательный курс по истории городка. Оуэн прочел эту книгу, когда ему не было еще и десяти лет. Он сказал мне, что УИЛРАЙТЫ ТАМ ЧУТЬ ЛИ НЕ НА КАЖДОЙ СТРАНИЦЕ.

Я родился в фамильном доме Уилрайтов на Центральной улице. Когда я был ребенком, мне не давал покоя вопрос, почему мама решила родить меня, однако не пожелала объяснять, откуда я взялся, — ни мне, ни своей матери с сестрой. Моя мама отнюдь не была распутной девицей. То, что она забеременела и при этом отказывалась обсуждать эту тему, должно быть, сильно поразило Уилрайтов, тем более что мама всегда отличалась очень спокойным и скромным нравом.

Читайте так же:  Молитва иконе скоропослушница о зачатии

Она познакомилась с одним мужчиной в поезде «Бостон — Мэн» — вот все, что она могла рассказать.

Моя тетя Марта заканчивала колледж и уже была помолвлена, когда мама объявила, что вовсе не собирается поступать в колледж. Дед тогда уже был смертельно болен, и у бабушки, которая день и ночь возилась с ним, наверное, просто сил не осталось потребовать от мамы (как в свое время от тети Марты), чтобы та получила высшее образование. Кроме того, мама уверяла, что лучше она останется дома и поможет ухаживать за умирающим дедом — а такая помощь была бабушке в самом деле необходима. А тут еще преподобный Льюис Меррил, пастор конгрегационалистской церкви и руководитель хора, в котором пела моя мама, сумел убедить бабушку с дедушкой, что с маминым голосом стоит серьезно заниматься пением; уроки у хорошего преподавателя, говорил мистер Меррил, — ничуть не менее разумное «вложение средств», чем университетское образование.

И этот момент маминой биографии у меня изначально вызывал вопросы. Если уроки пения были так важны для мамы, почему она занималась только раз в неделю? И если бабушка с дедушкой согласились с мнением мистера Меррила, почему они так упорно противились тому, чтобы мама раз в неделю ночевала в Бостоне? Мне казалось, ей следовало бы вообще переехать в Бостон и брать уроки каждый день! Хотя, я думаю, неизлечимая болезнь деда объясняла многое — бабушке всегда нужно было иметь под рукой помощницу, и мама охотно помогала ей по дому.

Уроки пения проходили рано утром — поэтому-то маме и приходилось отправляться в Бостон накануне и ночевать там; от Грейвсенда поезд шел полтора часа. Мамин преподаватель был человек очень известный и занятой и потому мог уделить ей лишь ранние часы. По словам мистера Меррила, ей повезло, что он вообще согласился ее прослушать: обычно он занимался только с профессионалами. А мама, хоть и пела с детства вместе с тетей Мартой в церковном хоре, к профессионалам явно не относилась. Просто у нее был приятный голос, и она — по обыкновению покладисто, даже робко — приступила к занятиям.

Надо сказать, мамины родители легче, чем ее сестра, смирились с тем, что она не будет поступать в колледж Тетя Марта, вообще-то женщина очень милая, не просто не одобряла мамино решение — она возмущалась, пусть даже и не очень бурно. Все-таки голос у моей мамы был лучше, да и вообще она была красивее своей сестры. Когда обе девочки подросли, именно тетя Марта стала приглашать парней из Академии в наш большой дом на Центральной улице, чтобы познакомить их с родителями, — Марта была старше и первой начала водить «кавалеров», как их называла мама. Но стоило этим ребятам увидеть мою маму — даже еще совсем маленькую, — как их интерес к тете Марте тут же улетучивался.

И вдруг эта необъяснимая беременность! По словам тети Марты, деда в то время «уже мало что заботило» — он был совсем плох и так и не узнал, что его дочь беременна, хотя «она не слишком-то старалась это скрывать», как говорила тетя Марта. Бедный дед, уверяла она, «умер, так и не поняв, с чего это твоя мама так располнела».

Во времена молодости тети Марты тем, кто вырос в Грейвсенде, Бостон представлялся не иначе как гнездом разврата. И хотя мама останавливалась в исключительно благопристойном женском общежитии, где за девушками присматривали, она все же умудрилась, по выражению тети Марты, «согрешить» с каким-то мужчиной, с которым познакомилась в поезде «Бостон — Мэн».

Моя мама была настолько тихой и сдержанной, настолько спокойно воспринимала любые упреки и даже клевету, что ее вполне устраивала такая формулировка Марты, — я даже слышал, как она сама ласково обыгрывала это слово.

— Ах ты, мой грешок, — называла она меня иногда с нежностью. — Маленький мой грешок!

А от своих двоюродных братьев я впервые узнал, что мою маму считали «дурехой», они сами услышали это не иначе как от своей матери — тети Марты. Но в то время, когда этот обидный намек — «дуреха» — дошел до моих ушей, он уже никого не мог ранить: мамы не было в живых больше десяти лет.

И все же она явно обладала чем-то большим, нежели природная красота, прелестный голос и сомнительные умственные способности. Не зря тетя Марта считала, что мои бабушка с дедушкой баловали ее. Причем не только как младшую в семье; тут дело было в мамином характере: ее никогда не видели сердитой или печальной, ей не свойственно было раздражаться или жаловаться. Она отличалась таким мягким нравом, что сердиться на нее было совершенно невозможно. Тетя Марта говорила: «По ней никогда не скажешь, какая она на самом деле решительная». Мама просто поступала как хотела, а потом говорила со своей обезоруживающей улыбкой что-нибудь вроде: «О, поверьте, мне ужасно жаль, что я вас огорчила, но, честное слово, я постараюсь, чтобы вы простили меня и продолжали любить, как если бы ничего не произошло!» И это помогало!

Это помогало, по крайней мере до тех пор, пока она не погибла — и уже ничего ни пообещать, ни исправить не могла, — загладить подобное огорчение даже она оказалась не в силах.

Молитва об оуэне мини

Молитва об Оуэне Мини

Хелен Фрэнсис Уинслоу Ирвинг и Колину Фрэнклину Ньюэллу Ирвингу, моим матери и отцу, посвящается эта книга

Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом…

Послание к филиппийцам святого апостола Павла, 4: 6

Одно из главных моих затруднений состоит в том, что я вряд ли могу себе даже представить, какого рода опыт следует считать подлинно и в полном смысле слова религиозным. Разве может Бог, не разумея меня, явить себя так, чтобы не оставалось места сомнениям? Ведь если не будет места сомнениям, не будет места и для меня самого.

Читайте так же:  Молитва Св Гавриилу

Христианин, не ставший героем, останется свиньей.

John Irving. A PRAYER FOR OWEN MEANY

Copyright © 1989 by Garp Enterprises Ltd.

All rights reserved

© В. Прахт, перевод, 2006

© ООО «Издательская Группа © „Азбука-Аттикус“», 2011

Я обречен до конца жизни помнить этого мальчишку со странным, пронзительным голосом – и вовсе не потому, что у него был такой голос, и не потому, что он был самым маленьким из всех, кого я знал, и даже не потому, что он явился орудием смерти моей мамы, а потому, что он привел меня к Богу. Я стал христианином благодаря Оуэну Мини. Я вовсе не утверждаю, будто живу во Христе или с Христом – и уж тем более для Христа, о чем, я слышал, твердят некоторые фанатики. Я не могу похвалиться хорошим знанием Ветхого Завета, да и в Новый Завет я не заглядывал с воскресной школы, – если не считать тех отрывков, что оглашают на церковной службе. Немного лучше мне знакомы те места из Библии, которые есть в Книге общей молитвы. Молитвенник я перечитываю часто, а вот Библию – только в дни церковных праздников: ведь в молитвеннике все изложено проще и логичней.

Видео (кликните для воспроизведения).

Я всегда довольно исправно посещал церковь. Когда-то я был конгрегационалистом – меня крестили в конгрегационалистской церкви, – потом несколько лет – епископалом (конфирмовался я в епископальной церкви), отчего мои религиозные воззрения оказались довольно расплывчатыми; подростком я вообще посещал «внеконфессиональную» церковь. А позже моей церковью стала англиканская церковь Канады – с тех самых пор, как почти двадцать лет назад я уехал из Соединенных Штатов. Быть англиканцем – почти то же, что епископалом, – мне временами даже кажется, будто я вернулся в епископальную церковь. И все же я покинул и конгрегационалистскую, и епископальную церковь, как покинул и свою родину – раз и навсегда.

В воскресной школе мы устраивали себе забаву, потешаясь над Оуэном Мини, который был таким маленьким, что, сидя на стуле, не только не доставал ногами до пола, но даже коленки его не доходили до края сиденья и ноги торчали вперед, как у куклы. Казалось, будто Оуэн Мини родился с кукольными суставами.

Мы, забавляясь, поднимали крошечного Оуэна в воздух, просто не могли удержаться – он был чудо какой легкий. Это поражало и казалось странным еще и потому, что в его семье испокон веку занимались добычей гранита. И гранитный карьер Мини был большущий, и оборудование для взрывных работ и резки гранитных плит было мощное и устрашающее: гранит ведь порода тяжелая и прочная. И лишь одно в Оуэне напоминало о гранитном карьере – это крупнозернистая пыль, серые крошки, что сыпались из его одежды всякий раз, как мы поднимали его. Он и сам был цвета серого гранита; его кожа одновременно поглощала и отражала свет, будто жемчуг, и выглядела полупрозрачной, особенно на висках, где отчетливо проступали голубые жилки (вместе с его необычным ростом свидетельствуя, что он родился слишком рано).

У него то ли не вполне развились голосовые связки, то ли голос ему испортила гранитная пыль, то ли у него был какой-то дефект гортани или трахеи, а может, он просто поранил горло осколком гранита – так или иначе, Оуэну, чтобы вообще быть услышанным, приходилось кричать в нос.

И все же мы относились к нему с нежностью – «куколкой» звали его девчонки, покуда он увертывался, пытаясь вырваться от них да и от всех нас.

Я уже не помню, с чего вообще началась эта игра с подниманием Оуэна.

Наша воскресная школа принадлежала церкви Христа – епископальной церкви Грейвсенда, что в штате Нью-Гэмпшир. Нам преподавала нервозная и несчастная на вид учительница по имени миссис Ходдл – имя подходило ей как нельзя лучше, потому как ее педагогический метод предполагал частые и продолжительные уходы из класса. Прочитает нам, бывало, какой-нибудь поучительный отрывок из Библии, а затем просит нас хорошенько поразмышлять о том, что мы только что услышали. «А теперь я хочу, чтобы вы посидели в тишине и серьезно подумали над этим! Я оставляю вас наедине с вашими мыслями, – зловеще предупреждала она нас, будто наши мысли могут нас завести в опасную даль, – и хочу, чтобы вы очень серьезно поразмыслили! – говорила миссис Ходдл. И уходила. По-моему, ей просто нужно было покурить, а курить при нас она не могла. – Я скоро вернусь, – говорила она, – и мы все вместе это обсудим».

К тому времени, когда она возвращалась, мы, естественно, начисто забывали, о чем она нам читала; стоило ей закрыть за собой дверь, как мы тут же начинали беситься, как безумные. Оставаться наедине со своими мыслями нам было скучно, и вместо этого мы подхватывали Оуэна Мини, поднимали его на вытянутых руках и передавали друг другу через голову по рядам туда и обратно, причем никто не вставал со стула – в этом-то и заключался смысл забавы. Кто-то – я сейчас уже не помню, кто первый это придумал, – вскакивал со своего места, хватал Оуэна в охапку, снова садился и передавал кому-нибудь другому. Тот – следующему, и так далее. Девчонки тоже участвовали в игре, которая увлекала их едва ли не больше, чем мальчишек. Оуэна мог поднять любой. Мы обходились с ним очень аккуратно и за все время ни разу не уронили. Правда, рубашка его могла слегка помяться, а галстук – он был слишком длинный, и Оуэну приходилось заправлять его за ремень, чтобы не свисал до колен, – так вот, иногда галстук вылезал из-под ремня, а из карманов высыпалась мелочь (прямо нам в лицо!). Деньги мы ему потом всегда возвращали.

Если в карманах у Оуэна лежали бейсбольные карточки, они тоже оказывались на полу. Это его здорово злило: все игроки у него были разложены в каком-то порядке, то ли по алфавиту, то ли отдельно игроки внешнего, а отдельно – внутреннего поля. Мы не знали, по какому принципу он их раскладывает, но некий принцип там был, это точно. Когда миссис Ходдл возвращалась в класс, и он наконец мог сесть на свое место, и мы отдавали ему все его пятаки, десятицентовики и все его бейсбольные карточки – он потом еще долго с молчаливой мрачной яростью их перекладывал в нужном порядке.

Читайте так же:  Православные молитвы благодарение за всякое благодеяние Божие

Сюжет

Роман представляет собой историю жизни и взросления Оуэна Мини, рассказанную его другом Джоном Уилрайтом. Оуэн и Джон выросли в Грейвсенде. Оуэн родился в семье угрюмого владельца гранитной компании и его сумасшедшей жены. Джон — представитель местной аристократии, незаконнорожденный сын Табиты Уилрайт (поиск настоящего отца Джона продолжается до конца книги). Оуэн всегда был для своего возраста очень мал ростом и весом и имел высокий пронзительный голос. По наблюдениям Джона, Оуэн имеет странное влияние на своих родителей.

Критика и оценки

Обозреватель The New York Times Карин Джемс пишет, что Джон Ирвинг является популистом романа XIX века, он продолжает традиции Диккенса, создавая ярких персонажей из мультфильма и находя в них глубину, преподаёт уроки морали. Она считает, что «Молитва об Оуэне Мини» не имеет повествовательную силу и игривость Мира глазами Гарпа, однако преподносит постоянную идею Ирвинга об удивительности жизни с новой стороны. Ричард Бернштейн пишет, что «Молитва об Оуэне Мини» рассказывает религиозную историю, противопоставляя её Вьетнамской войне и группе странных персонажей в гротескных ситуациях. Основное действие в книге, по его мнению, это религиозное обращение Джона Уилрайта, под влиянием его друга. Это подтверждают слова автора книги на интервью: «Я всегда спрашивал себя, каким должно быть чудо, которое обратит меня в веру». Бернштейн пишет, что «Молитва об Оуэне Мини» — это также политический роман, или он, по меньшей мере, полон политических комментариев, благодаря которым воспринимается многими критиками как сатира на политическую жизнь Америки.

Обозреватель The Guardian Стивен Джеймс пишет, что роман очень хорошо спланирован. Он предназначен людям, которые хотят чтобы всё в жизни было объяснено и имело причину. Ирвинг противопоставляет то, во что мы хотим поверить, тому, во что мы должны верить — главный герой книги Оуэн Мини, убив мать лучшего друга, отказывается верить в случайности и уверен, что он стал оружием Бога. Рассказчик, Джон Уилрайт, кажется читателю повреждённой личностью — он не знает, как найти своего отца, его мать умирает, его лучший друг считает себя святым, и он не может уйти от прошлого. Уилрайт зациклен на Вьетнаме больше психологически, чем политически. По мнению Джеймса, Оуэн Мини не выглядит человеком, в которого стоит верить, он опасен и манипулирует людьми. На его взгляд, книга могла иметь предупреждение американской вере в супергероев, которая слишком наивна для реального положения вещей, однако она скорее поощряет веру в веру, а скептически настроенные персонажи не выглядят правыми.

Альфред Казин в своём обзоре, обращает внимание на значительный политический подтекст в книге. Для Джона Уилрайта большими разочарованиями становятся поведение Кеннеди, война во Вьетнаме, телевидение с его зомбирующим действием, обман политиков и их обещаний, неспособность церкви противостоять этим явлениям. И его жизненным героем становится лучший друг, мальчик, считающий себя святым. Казин предполагает, что создавая такие необычные и нежизненные характеры (которые присутствуют во всех книгах автора) Ирвинг пытается предположить, что только такие люди способны что-то изменить в существующем положении вещей

Молитва об оуэне мини читать

Тут находится электронная книга Молитва об Оуэне Мини автора Ирвинг Джон. В библиотеке isidor.ru вы можете скачать бесплатно книгу Молитва об Оуэне Мини в формате формате TXT (RTF), или же в формате FB2 (EPUB), или прочитать онлайн электронную книгу Ирвинг Джон – Молитва об Оуэне Мини без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Молитва об Оуэне Мини 1.01 MB

Надеемся, что книга Молитва об Оуэне Мини автора Ирвинг Джон вам понравится!
Если так выйдет, то можете порекомендовать книгу Молитва об Оуэне Мини своим друзьям, дав ссылку на страницу с произведением Ирвинг Джон – Молитва об Оуэне Мини.
Ключевые слова страницы: Молитва об Оуэне Мини; Ирвинг Джон, скачать, читать, книга, онлайн и бесплатно

«Молитва об Оуэне Мини» (Ирвинг Д.) – скачать книгу бесплатно без регистрации

Видео (кликните для воспроизведения).

Поделиться ссылкой на книгу!

Название: Автор: Жанр(ы):

В творчестве Джона Ирвинга — выдающегося американского классика, автора знаменитого бестселлера «Мир глазами Гарпа», обладателя двух «Оскаров» и Национальной книжной премии — роман «Молитва об Оуэне Мини» (1989 г.) занимает совершенно особое место.

История о не ведающем сомнений мальчишке, который обретает странную власть над людьми и самим ходом вещей, полна мистических событий и почти детективных загадок, необъяснимых совпадений и зеркальных повторов, в свою очередь повторяющих — подчас иронически — сюжет Евангелия. Как получилось, что одиннадцатилетний Оуэн Мини, нечаянно убив мать своего лучшего друга, приводит его к Богу? Почему говорящий фальцетом щуплый, лопоухий ребенок, подобно Христу, провидит свою судьбу: ему точно известно, когда и как он умрет?

По мнению Стивена Кинга, «никто еще не показывал Христа так, как Ирвинг в своем романе». Виртуозное мастерство рассказчика и фантастическая изобретательность сюжета делают книгу Джона Ирвинга настоящим явлением большой литературы.

Правообладателям! Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО “ЛитРес” (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает Ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Самый Свежачок! Книжные поступления за сегодня

Эван Хансен обычный школьник. Он боится людей и страдает социальным тревожным расстройством. Чтобы справиться с болезнью, он сам себе пишет письма. Однажды одно из таких писем попадает в руки Конора, популярного парня из соседнего класса. Вскоре после этого Конор умирает, а его родители обнаруживают клочок бумаги с обращением «Дорогой Эван Хансен». С этого момента жизнь Эвана кардинальным образом меняется: из невидимки он превращается в лучшего друга покойного и объект горячих обсуждений. Вот только есть одна проблема: они никогда не дружили. Как далеко он зайдет в поисках чужой любви?

Дэрил Диксон никогда не был хорошим парнем. Он совершал в своей жизни много ошибок, но не верил, что они приведут его в тюрьму. Мужчина оказывается запертым в Игре без шанса уйти оттуда, поговорить с родными или даже умереть. И все было бы как обычно, если бы однажды он не встретил Его. Но стоит ли доверять незнакомцу, даже если тот спас твою «жизнь»? К чему это может привести? И при чем здесь Мерл?

Письма А. С. Пушкина к жене — драгоценная часть его литературно-художественного наследия, человеческие документы, соотносимые с его художественной прозой. Впервые большая их часть была опубликована (с купюрами) И. С. Тургеневым в журнале «Вестник Европы» за 1878 г. (№ 1 и 3). Часть писем (13), хранившихся в парижском архиве С. Лифаря, он выпустил фототипически (Гофман М. Л., Лифарь С. Письма Пушкина к Н. Н. Гончаровой: Юбилейное издание, 1837—1937. Париж, 1935).

В настоящей книге письма печатаются по изданию: Пушкин А.С. Полное собрание сочинений. — М; Л., 1941—1947. Т. XIV—XVI, тексты которых проверены по фотокопиям с автографов.

Инициатором настоящего издания был один из старейших членов редакционной коллегии серии Дмитрий Дмитриевич Благой (1893—1984), который работал над статьёй к этой публикации, но она осталась незавершённой.

Издание подготовила Янина Леоновна Левкович.

lenok555: Номера оригинальных сносок оставлены в fb2 для упрощения соответствия франц. и русского текстов. Комментарии Я. Л. Левкович разнесены по соответствующим письмам и перенесены в примечания.

Осознают ли люди, получившие игровые способности, суть своего дара? Как поведет себя человек, который простой активацией абилки, может кинуть файербол и разрушить стену? Будет мстить своим старым обидчикам, добиваться богатства и славы или встанет на защиту нашего дома — планеты Земля? Ведь в наш мир пришли гости, которыми нас пугали с детства, пытаясь забрать нашу бессмертную душу.

UNUSUAL AND UNEXPECTED TALES BY CAPTAIN FREDERICK MARRYAT, HERMAN MELVILLE, JACK LONDON, W. CLARK RUSSELL, JOSEPH CONRAD, JOHN MASEFIELD, C. S. FORESTER, RUDYARD KIPLING, ARTHUR CONAN DOYLE, RICHARD SALE, WILLIAM HOPE HODGSON, H. G. WELLS, EDGAR ALLAN POE, AND RAY BRADBURY.

“These, then, are your means of transport to mystery on the high seas—if, like me, you would prefer to voyage safe and warm in the comfort of your armchair. For those watery places where spirits haunt the upper deck and monstrous creatures tear at the ship’s bowels are not for the landlubber or the faint-hearted.“

—William Pattrick, from the Introduction

Compiled and Edited by WILLIAM PATTRICK.

В новый сборник Владимира Маканина, автора известных книг «Прямая линия», «Повесть о Старом поселке», «Портрет и вокруг», «Ключарев и Алимушкин», «В большом городе», «Предтеча», «Голоса» и других, вошли рассказы, объединенные темой нравственного испытания личности, разоблачения чуждых нашей действительности приспособленческих и потребительских настроений, борьбы за социально активную позицию современника.

Набор «Неделька» — топ новинок — лидеров за неделю!

Где можно купить уникальные артефакты, редкие ингредиенты или просто поразвлечься? Конечно, в Ярмарка-Граде — волшебном городе-магазине! Сюда мечтают попасть все начинающие маги и фамильяры, несмотря на неожиданности, приключения и тайны, которые их поджидают. Дэни из рода фамильяров Сан-Дрима и ее подопечная Элла, будущий боевой маг из мира со странным названием Земля, в этом убедятся с первых шагов. Одна загадка саура чего стоит!

Меня продали человеку, которого боятся все. Никто не видел его лица, никто не знает его имени. Все зовут его просто Мастер Чернокнижник. Чтобы вернуть свободу, мне придется пройти по самому краю: разгадать чужие тайны и сберечь свои. Но главное — не увлечься противостоянием с чернокнижником. Ведь однажды оно может перерасти в любовь.

Великие перемены приходят лишь через великую борьбу. Ковенант с отменой Кровного порядка стал полем боя между чистокровными, мечтающими вернуть власть, и полукровками, желающими свободы и равенства. Кто победит?

Тем временем Сет и Джози понимают, что гибель Гипериона — лишь отсрочка. Другие Титаны все ближе. Сету нужно научить Джози драться, раскрыть ее силы и отыскать других полубогов. Но это непросто, ведь его так мучительно к ней тянет. Любовь это или… одержимость ее эфиром? Грань тонка, страсть все сложнее отличить от жажды.

Боги видят его отчаянную внутреннюю борьбу. Знают: безумный Аполлион страшнее бушующих Титанов. Чувствуют: тьма снова зовет Сета. Пути прошлого могут стать дорогами будущего, и даже нежность Джози его не спасет.

Что же выберет Сет — любовь или силу?

Артем Каменистый (Артур Сергеевич Смирнов) — прозаик, автор произведений в жанре фэнтези и фантастики. Родился и вырос в Донецке. По профессии — горный инженер, однако по специальности не работал. В 2006 году была издана первая книга автора — «Пограничная река», которая открыла одноименный цикл произведений о пост апокалиптическом мире, населенной каннибалами и прочими зловещими народами. Среди других циклов Артема Каменистого наиболее популярны «Безымянная Империя», «Исчадия техно», «Девятый». Для творчества автора характерно большое количество батальных сцен, его герои, как правило, не обладают сверхъестественными способностями. По словам писателя, ему интересно писать о том, как обычные люди попадают в необычные обстоятельства и что при этом происходит. В одном из последних романов «Холод юга» автор обращается к теме роли одного человека в судьбе целого мира. В пост апокалиптическом мире, где сражаются между собой маги, роботы, метаморфы, спасти мир может только человек, который на протяжении тысячелетий находился в хронокапсуле. И вот русскому парню Владу предстоит стать хранителем гармонии и найти способ примирить непримиримых врагов.

Молитва об оуэне мини читать
Оценка 5 проголосовавших: 1
Молитва об Оуэне Мини
Ирвинг Джон
Проза, Современная проза
Издательство: Иностранка
Год издания: 2006
ISBN: 5-94145-368-,Х

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here